Готы Питера

Философские науки. № 7. 2006

Палитра молодежной субкультуры

ГОТИКА КАК ОНА ЕСТЬ,

или о старой-новой молодежной субкультуре

ЛЕВИКОВА С.И.

Что такое «готика», и какое отношение она имеет к молодежной субкультуре?

Еще совсем недавно при слове «готика» у нас появлялась лишь вполне конкретная ассоциация с художественным стилем, преимущественно архитектурным, возникшим в позднем средневековье, для которого было характерно зодчество со стрельчатыми сводами, обилием каменной резьбы и скульптурных украшений, а также окнами-витражами. Красота и изысканность, возвышенность и устремленность в небо готических соборов сочетались с капитальностью, массивностью, мрачностью как внешней, так и внутренней. Даже самый яркий солнечный свет, проникавший в подобные соборы через окна-витражи, был всегда приглушен и вызывал ощущение торжественного таинственного полумрака. Однако несмотря на то, что готические сооружения, возведенные в глубоком прошлом на века, никуда не исчезли из европейской архитектуры и поныне продолжают поражать воображение (к примеру, одним из самых известных сооружений готики является Собор Парижской Богоматери). Слово «готика» для большинства молодых людей в Европе уже около четверти века, а в России последние несколько лет приобрело неожиданный смысл причудливой молодежной субкультуры¹, а значит образа жизни, мировоззрения, музыки, обличил и т.п. постоянно расширяющегося сообщества так называемых «готов», или приверженцев данной субкультуры. Однако кто они такие и какое отношение они имеют к древнему средневековому художественному стилю? И почему для России мода у молодых людей на готику является одним из признаков болезни общества, а распространение хотя и часто наигранных, но открыто декадентских настроений в молодежной среде от США до Японии вызывает невольные параллели с Происходившем в мире накануне Первой мировой войны?

Существует несколько версий, почему данная молодежная субкультура называется готикой, а ее приверженцы - готами: от до банальности простых до романтизировано-символических. Однако прежде чем касаться этих версий следует отметить, что начало данной молодежной субкультуре было положено вовсе не молодыми людьми, а представителями шоу-бизнеса и СМИ, которые к концу 70-х — началу 80-х годов XX столетия почувствовали, что панк во всех его ипостасях и проявлениях - и в музыке, и в эпатирующем внешнем виде его приверженцев, и в нигилистской идеологии — стал привычным явлением, а потому начал терять былую привлекательность для молодых, а также перестал пугать их родителей. Словом, панк умирал, а на смену ему должны были прийти новые течения.

Собственно говоря, о панке как о молодежной субкультуре в то время никто особо не заботился. Однако панк опирался и во многом держался, а также был популярен благодаря музыке, которая приносила доход шоу-бизнесу и СМИ, освещавшим происходившее на музыкальных сценах. И, поскольку панк стал стремительно терять аудиторию и из прибыльного для шоу-бизнеса превращаться в убыточный, то и возникла потребность в создании некой альтернативы, которой вначале стала Новая Романтика. Она появилась как анти-панк и выдвинула взамен негативного культа уличных стилей, неряшливости и вульгарности свой позитивный стиль элегантности.

Подлинная Новая Романтика стала реакцией на чрезвычайно жесткое, брутальное мужское направление панковской музыки и субкультуры в целом. Однако она очень быстро влилась в основной поток коммерческой поп-сцены и поскольку на тот момент ничего более достойного не бросилось в глаза, а панк уже имел в то время не только «готовые» музыкальные группы, но и определенную аудиторию, традиции, клубы и т.п., то было решено «открыть» второе дыхание именно панку, соединив хмурую силу мрачной музыки умирающего изначально декадентского, а к тому времени ставшего предельно депрессивным пост-панка с энергией прогрессирующей электронной британской музыки «новой волны». Результат превзошел все ожидания, поскольку непродуктивный тотальный нигилизм панков, отпугивавший от них большую часть молодежи, предпочитавшую избегать крайностей, был смягчен и заменен на упадничество, декадентство, позволявшее говорить об интеллектуализме нарождавшейся молодежной субкультуры, а также ее философских корнях, поскольку онтологические вопросы жизни и смерти (или, вернее, смерти и жизни в преддверии смерти); борьбы добра и зла, чувственности и смерти; переоценка ценностей перед лицом смерти; восприятие жизни как страдания, а смерти как избавления от них и многие другие, подобные им, всегда были предметами рассмотрения философов и на западе и на востоке. Именно декадентская эклектика из причудливого сочетания отдельных положений, вырванных из буддизма², экзистенциализма³, романтизма⁴, символизма⁵, сюрреализма⁶, ницшеанства⁷, постмодернизма⁸ и пр., замешанная на мистике и оккультизме, сменившая нигилизм, превращала «отбросы»⁹ в страдающих, философствующих отверженных обществом индивидуалистов, что позволяло не выбрасывать на свалку истории девиз панков «Punks Not Dead» (т.е. «Панки не мертвы»), а слегка модифицировать его, превратив в очень схожий особенно для англоговорящих людей «Goth's Undead» (т.е. «Готы не мертвые»). Но в начале 80-х годов XX столетия о готах или о готике еще никто не говорил. Была просто предпринята попытка реанимировать умиравший тогда панк как музыкальное направление, а то, что в результате возникнет чрезвычайно популярная спустя некоторое время молодежная субкультура, никто и предположить не мог. Название же получившейся новой молодежной субкультуре было дано лишь после нескольких лет ее фактического существования, поскольку вначале потребности в нем просто не возникало, поскольку нарождавшаяся субкультура еще не воспринималась как нечто новое, а казалась лишь логическим развитием панкизма, так как ее первыми адептами и будущей основой были именно панки. Однако под звуки нового музыкального направления панки из нигилистов быстро превращались в декадентов, что позволило молодой субкультуре привлекать в свои ряды все новых и новых молодых сторонников, не придерживавшихся крайних нигилистических позиций пост-панка¹⁰. Происходило это не без активной рекламной «раскрутки» средствами массовой информации, благодаря которым к середине 80-х годов XX столетия на страницах музыкальных журналов замелькали названия «готы», «готика», а в Интернете появились одноименные сайты. Однако сама молодежная субкультура стала называться «Готикой» лишь в 90-е годы. Но почему именно «Готика»?

Как уже говорилось, существует несколько версий происхождения данного названия". Согласно самому простому, когда у музыканта, группа которого одной из первых стала играть ту самую музыку, соединившую пост-панк и «новую волну», спросили, какую музыку они играют, тот, желая поскорее избавиться от надоедливых журналистов, буркнул первое пришедшее ему на ум: «Готику». Вскоре он с удивлением прочитал в журнале, что их группа играет «Готику»¹²... Кроме этой существует и столь же простая и достаточно правдоподобная версия, связанная с хозяином квартиры вокалиста группы «Sex Gang Children», у которого собирались музыканты, игравшие музыку, в дальнейшем расцененную как готическая. Этот хозяин был очень похож на викторианского графа, а потому музыканты прозвали его Граф Визигот, сокращенно Гот. По аналогии так стали называть тех, кто часто собирался в доме Гота, а это была элита лондонской сцены. Все это способствовало распространению термина «гот», который вскоре твердо устоялся для обозначения нового музыкально течения.

Имеются и другие, явно более поздние версии трактовки названия данной молодежной субкультуры, претендующие на то, чтобы придать ему глубокий символический смысл. Одна из них совсем в духе постмодернистской концепции «нового трайбализма» или «номадологии» французских философов Ж. Делёза и Ф Гваттари¹³.

Согласно авторам этой концепции, в современном обществе ценность «общественного человека» ушла в далекое прошлое, уступив место интересу к микрогруппам, малым племенам, связанным между собой сетью социоэкономических и биокультурных отношений, т.е. на поверхность общественного сознания вышла маргинальность во всех ее видах, или то, что они называют племенным.

По Ж. Делёзу и Ф. Гваттари, в социуме «племя» склонно к метафизической «поперечности» (или «трансверсальности») по отношению к общепринятому, что выражается в множественности ритуалов, во всеобщей двусмысленности, в игре видимостями, в карнавальности и т.п. Эти «племена», или номады, представляют собой сложный комплекс органических структур, отрицающий миф о линейном развитии истории (т.е. идею исторического прогресса) и заменяющий его «полифоническим витализмом». Этот инстинктивный витализм обеспечивает людям «социальную живучесть», или способность масс сопротивляться воздействию властных структур¹⁴. В концепции Ж. Делёза и Ф. Гваттари номады представляют собой силу, способную противостоять воздействию властных структур, воплощенных в Государстве и обществе, враждебным свободе индивида.

«Номады» — это племена кочевников, сумевшие в далеком прошлом противостоять власти Государства, поскольку они создали «машину войны», способную сокрушить не только конкретные государства, но и целые империи¹⁵. При этом кочевники, менее культурные, чем оседлое население, могли разрушать мощные мировые цивилизации. Делать это им позволяло особое свойство племенной, кочевой культуры: якобы от природы присущая ей «машина войны». Как писали Ж. Делез и Ф. Гваттари, «номады изобрели машину войны против аппарата Государства. Никогда история не понимала номадизм... В ходе долгой истории Государство было моделью и мыслью... Государство претендует на то, чтобы быть внутренним образцом мирового порядка и на этом основании постоянно укоренять человека (т.е. заставлять пускать его корни в пределах государственных границ). У машины войны совсем иное отношение к внешнему: это уже не просто какая-то другая «модель», это особый способ действия, которое заставляет саму мысль стать кочевником...»¹⁶.

Символический смысл номад и Государства в постмодернизме, а в случае с готами и Общества, очевиден. Номады, кочевники, племена — олицетворение сил, борющихся с модернистской централизованной властью, единоначалием, символами которых являются Государство, Общество. Свободные кочевые племена номад не обязательно должны с оружием бороться с мистифицированными зловещими Государством и Обществом. Любые свободные действия номад, будь то мысли или культура, не связанные с «государственным миром», превращаются в постмодернистском мировосприятии в «машину войны»¹⁷: «Всякая мысль уже является племенем, противоположностью государства» ¹⁸.

В свете данной концепции молодежная субкультура готов действительно предстает «племенем кочевников», которое и мыслит и действует, создавая собственную субкультуру, «внешнюю» по отношению к Государству и его миру - Обществу. Оно, то есть «племя», не подчиняется единовластию Государства и единообразию Общества, не признает единого центра и не вписывается в его «монолитную государственную структуру». С этой точки зрения, номадная племенная молодежная субкультура готов¹⁹ призвана разрушить мощное современное общество, против которого она столь своеобразно выступает. Однако как бы то ни было, о собственной оппозиции обществу так или иначе говорит любая молодежная субкультура, а потому таким разъяснением смысла названия представители данной субкультуры лишь еще раз подчеркивают этот факт, хотя ничего принципиально нового им не говорят.

Существуют и другие версии глубоко символической трактовки смысла названия рассматриваемой молодежной субкультуры готов, напрямую связанные со средневековым архитектурным стилем. Согласно одной из них, молодые люди, уставшие от засилья коммерциализированной низкопробной эфемерной массовой культуры и, в частности, однодневной вечно попсово-разноцветной музыки, а также от обыденности жизни, стали создавать защитный круг из более интеллектуальной, «вкусовой» субкультуры, а, следовательно, и соответствующих ей образа жизни и мышления. Эта субкультура не разрушает массовую культуру, а лишь противостоит ей, поскольку переосмысливает первую, вбирая все позитивное и отметая наносное, временное. Именно потому они соотносятся как быстротечное и вечное, как повседневность и классика. А так как ни у кого не возникает сомнений, что готический стиль является классическим, то и данная молодежная субкультура называется «Готикой». Согласно другой версии, готы считают, что проводя параллель по сути не связанными между собой молодежной субкультурой и средневековым архитектурным стилем, молодые люди хотят подчеркнуть, что их изысканный, утонченный, устремленный ввысь внешний вид гармонично сочетается с мрачным, таинственный, леденящим кровь мертвецки холодным — от меланхолически грустного до депрессивного — и в то же время очень красивым, если не сказать прекрасным, внутренним содержанием и состоянием, для которого характерны близость к природе (в том числе и в первую очередь «темной), отстранение от реальности и простых людей, созерцание прекрасного и самосовершенствование²⁰...

Как уже отмечалось ранее, готика является достаточно «старой» молодежной субкультурой, поскольку ее история насчитывает по разным подсчетам около четверти века²¹. Она пережила четыре различных периода, или волны, если не считать так называемого периода прото-готики (рубеж 70-х — 80-х годов XX века), когда панк-движение потеряло изначальную изобретательность, стали расти грубость, жесткость и черствость, и начали предприниматься попытки «реанимации» панка; да не принимать в расчет недлительного периода несубкультурной Новой Романтики.

Первый период готики был чисто коммерческим и, если можно так сказать, внешне создаваемым. Причем создавали собственно не молодежную субкультуру, которую, как уже отмечалось, невозможно создать извне, а особое музыкальное направление, которое было бы популярно у молодежи. Этот период пришелся примерно на начало - середину 80-х годов XX столетия. Собственно говоря, готики как молодежной субкультуры тогда не было: была лишь внешняя попытка не дать панку как музыкальному направлению умереть и успеть на этом заработать, хотя в то время и было положено начало некоторым будущим готическим музыкальным волнам, таким, как, к примеру, готик-рок. Однако во второй половине 80-х годов интерес со стороны прессы и «реаниматоров» утих. И с этого времени, будучи предоставленной самой себе, фактически и начинает создаваться и оформляться готика как молодежная субкультура. С этого времени и следует начинать отсчет второго периода, или второй волны (второго поколения) готики, а по сути, готики как молодежной субкультуры.

Второй период оказался самым важным и продуктивным для готики. Практически, если бы его не было, то вряд ли пришлось бы вообще говорить о готике как о молодежной субкультуре, поскольку молодежную субкультуру невозможно создать извне: как уже отмечалось, она должна быть «выношена» и «рождена» самими молодыми людьми для себя²². Но этот период был и пришелся он на вторую половину 80-х — середину 90-х годов XX столетия. Именно в это время формируются представления о готике как о молодежной субкультуре и вырабатывается ее мировоззрение; готы проявляют интерес и начинают не на словах разбираться в том, что такое декаданс: они обращаются к «мрачному» искусству различных времен и народов, к художественной литературе, к творчеству прерафаэлитов²³. Именно тогда культовую популярность у готов начинают приобретать вампирские новеллы Анны Райс. Таким образом, субкультура готики получает «поддержку» и основание в художественных произведениях — литературе, кино, живописи, фотографии, — существовавших и ранее, но в то время оказавшихся причисленными к готическим.

В этот же период открывается «второе дыхание» у готических музыкальных групп, изменивших готическую сцену вообще. Эти группы стали первыми официально называть свою музыку готикой. Кроме того, заговорили о появлении такого стиля, как «готик-металл», в результате чего бывшие металлисты и просто поклонники металлической музыки начали вливаться в ряды готов, что дало и стилю и субкультуре новую кровь. Таким образом, период так называемого внутреннего развития был успешно завершен. В результате в 90-е годы XX столетия появилось уже целое поколение молодых людей, осознанно называвших себя готами.

Третий период развития готики берет начало во второй половине 90-х годов XX столетия. В это время в музыкальной готике начали прослеживаться новые тенденции, связанные, с одной стороны, со все большей жанровой и стилевой сегментацией готических музыкальных направлений, в с другой, — со стремлением готики войти в соприкосновение с пограничными субкультурами и музыкальными стилями, расширить свои выразительные возможности. В итоге в этот период формируется большое количество новых готических стилей в музыке, и появляются новые типы готов. Готика превращается в субкультуру, способную к автономному существованию и мало реагирующую на внешние раздражители. В это время она обзаводится сильной, развитой изолированной инфраструктурой со своими печатными изданиями (журналами), радио, клубами, магазинами, лейблами, устоявшейся символикой. Однако в этом есть свои плюсы и минусы. В том, что субкультура «вышла из подполья», «открылась», стала широко доступной, привлекательной для молодых людей, конечно, с первого взгляда нет ничего плохого. Но все это сопровождалось коммерциализацией готики, превращением ее в моду и, естественно, выхолащиванием только что оформившегося содержания в угоду внешнему обличию: форма возобладала над содержанием. Таким образом, готика, изначально бывшая коммерческим проектом, после недлительного, но очень плодотворного периода «свободного плавания» вернулась назад в объятия дельцов от бизнеса²⁴.

И, наконец, четвертый период развития готики датируется примерно концом 90-х годов XX столетия и продолжается по настоящее время. Для этого периода характерно регулярное проведение готических фестивалей в Германии, Англии, США, Австрии и других странах. Серьезную поддержку и пропаганду субкультура получает благодаря Интернету. Происходит бурное развитие готической субкультуры вширь, вливание в нее других молодежных субкультур. Практически готика до такой степени «разбухает», становится столь многогранной, многообразной, разносторонней, что начинает терять собственно готическое содержание и облик. Да, сейчас у готики еще сохраняется черный оттенок, но то обилие разнообразных молодежных субкультур, которые она объединяет под своим названием, наводят на мысли о том, что она практически становится синонимом молодежной субкультуры вообще. Современный западный вариант готики, по сути, близок к той стадии синкретизма молодежной субкультуры, которая отмечалась в 50-е годы XX столетия в субкультуре битников США. Разница лишь в том, что в самом битничестве были изначально заложены практически все возможные варианты (или их большая часть) молодежных субкультур, которые появятся впоследствии (произойдет практически рассыпание единой молодежной субкультуры на многие самостоятельные), в готику же различные молодежные субкультуры стекались и под ее названием объединялись. Кроме того, битничество в отличие от готики никогда не коммерциализировалось. И еще одно серьезное отличие: во второй половине XX столетия молодежные субкультуры носили локальный характер. И несмотря на то, что, к примеру, хиппи были и в США, и в Западной Европе, и в СССР, они практически не были взаимосвязаны и не представляли одного единого целого. Сейчас же готика — интернациональное явление. Готы разных стран связаны между собой, чему в большой степени способствует Интернет.

В настоящее время старые готы (преимущественно второй волны) и новые готы (третьей и четвертой волн) находятся в очень непростых отношениях. Старые готы практически ушли в подполье. Для них новые готы — выскочки, воспитанные на том, что СМИ представляют как готику. Новые же готы с подозрением относятся к старым, поскольку сомневаются в том, что истинная готика²⁵ в том, чтобы пребывать в андеграунде и «вариться в собственном соку». В свою очередь старые готы считают, что для новых готика заключается лишь в том, чтобы носить черную-пречерную одежду, навешивать на себя массу серебряных украшений и выглядеть как можно более худым и мертвецки бледным. И им намного важнее разучить такие движения готического танца, как «Ложись в мой гроб», «Мой искусственный сустав» и «О! Я вскрыл себе вены», чем обременять себя чтением различной готической философской и художественной литературы...

Примечания

'1 Под молодежной субкультурой понимается неформальное объединение, живущее по соответствующим законам; это частичная культурная система внутри системы «официальной», базовой культуры общества, определяющая стиль жизни, ценностную иерархию и менталитет (т.е. мировосприятие, умонастроение) ее носителей; это эзотерическая, эскапистская, урбанистическая культура, созданная молодыми людьми для себя; это «элитарная (в смысле «не для всех», поскольку через молодежную субкультуру проходят не все молодые люди) культура, нацеленная на включение молодых людей в общество (подробнее см.: Левикова С.И. Молодежная субкультура. М., 2004).

2 Восприятие жизни как страдания, а смерти, в случае праведной жизни, как достижения нирваны, т.е. прекращения земной, телесной жизни и, следовательно, освобождения от страданий.

³ В частности, положения А. Камю, что именно перед лицом смерти, вернее, оказавшись на грани между жизнью и смертью, человек отбрасывает все рутинное, наносное, иллюзорное и перед ним открывается истинный смысл жизни, «стоит или не стоит жизнь того, чтобы жить» {Камю А. Бунтующий человек. М., 1990. С. 24); лишь на пороге смерти человек чувствует себя в этом мире свободным, умиротворенным и счастливым. Отсюда интерес готов к пограничным состояниям сознания и жизни. Именно поэтому готы утверждают, что прийти к готике можно лишь через «черную» полосу жизни, которая просто заставит отделить фальшь от истинных эмоций, искусственно созданную «коммерческую» или же тотально-радостную музыку от готической, несущей действительные эмоции. Готы — это те, кто, испытав эмоциональную боль, поняли, что боль может дать силу. Но какой молодой человек не воспринимал банальную ссору с родителями, провал на экзамене, разлад с любимым человеком или просто другом как «черную» полосу жизни? А потому практически любой молодой человек рано или поздно может оказаться в готике.

⁴ «Открытие» готики стало одним из ключевых элементов эстетики романтизма.

⁵ Имеется в виду философско-эстетическая концепция конца XIX -начала XX веков, зародившаяся во Франции и переросшая в общеевропейское культурное явление, в том числе получившая в 90-е годы XIX столетия распространение в России. Символисты своеобразно выразили мироощущение эпохи кризиса буржуазного общества, по словам А. Белого, кризиса жизни, культуры, мысли, слова. В эстетике символизма акцент делался на дуализме реального и идеального (таинственного), подчеркивалось противополагание социального и личностного (индивидуального). Символисты непомерно сближали духовно-нравственное в человеке с религиозным, считали, что главным в художественном творчестве является бессознательное, интуитивное, а потому чаще всего обращались к идеям романтиков и мистиков. Они утверждали, что символический образ многомыслен, неопределен и знаменует собой существование «области тайного» (С. Малларме), «невидимых роковых сил» (М. Метерлинк). Символ музыкален, поскольку музыка лучше других видов искусства передает оттенки и полутона, непосредственно говорит о запредельном. Интуиция, которой в символизме отводилась ведущая роль в познании и художественном творчестве, отождествлялась с мистическим прозрением, откровением, экстазом; ассоциативный творческий метод, иносказание, особая роль контекста во многом способствовали расширению художественного сознания и мироощущению декадентства, несущего индивидуализм и пессимизм, аристократический эзотеризм, мистицизм и эсхатологизм. При этом для символистов искусство превращалось в средство морального воздействия на людей, в магическую силу преображения жизни (В. Сологуб, А. Рембо) и даже цельное миросозерцание, жизнедеятельность, призванную обновить общество. Как это оказалось созвучным нарождавшейся молодежной субкультуре готики!

⁶ Сюрреализм придает готике мистико-религиозную окрашенность; вносит мотив стремления к раскрепощению, освобождению человеческого «Я», его возможностей от оков повседневности и цивилизации; выводит готов на веру в то, что следует стремиться проникнуть «по ту сторону человеческого, достичь бесконечного и вечного» (Г. Арп), для чего необходимо опираться на любой опыт бессознательного выражения духа — сновидения, галлюцинации, бред, мистические видения и т.п. Аналогично тому, что в эстетике сюрреализма поэтом П. Реверди было провозглашено, что образ возникает «из сближения удаленных друг от друга реальностей», у готов в почете оказались алогичность, парадоксальность, соединение несоединимого и всевозможного рода неожиданности.

⁷ Распространенное у готов положение «Ты должен быть сильным, иначе, зачем тебе быть», хотя и не отсылает напрямую к Ф. Ницше, но явно возникло не без обращения к наследию немецкого философа.

⁸ Постмодернизм позволил готам утвердиться в том, что все и всё, входящее в готику, равносильно и равноправно. При этом все настолько индивидуально, да и вообще каждый гот настолько индивидуален, что не следует судить о готах по самим готам. У каждого гота готика своя.

⁹ Одно из значений слова «punk» в переводе с английского языка - «отбросы».

10 Если более строго следовать истории и хронологии молодежной субкультуры, то вначале возникла не Готика как таковая, а Новая Романтика, о которой я уже упоминала. Но она не превратилась в молодежную субкультуру, а осталась лишь музыкальным направлением, поскольку извне возможно создать лишь новое музыкальное направление, но не молодежную субкультуру. Для последней необходимо стечение многих факторов и, прежде всего, созвучие идей настроениям молодых людей, а также период внутреннего формирования. (Подробнее см.: Левикова СИ. Молодежная субкультура. С. 90 — 116). Переход от тотального отказа и вызывающей брутальности к романтике для большинства субкультурной молодежи оказался слишком резким, а потому она, было бросившись в Новую Романтику, вдруг осталась как бы не удел. Это и привело ее в становящуюся в то время субкультуру Готики. При этом молодые люди привнесли в нее дух романтики.

11 Здесь следует отметить, что практически все трактовки названия данной молодежной субкультуры, несмотря на их большое количество, появились уже после того, как сама субкультура возникла. А потому они лишь «ретроспективно» пытаются постфактум «объяснить необъяснимое», поскольку готика столь многообразна и многогранна, что любое пояснение может лишь приблизить к пониманию данной субкультуры, но не раскрыть ее полностью.

¹² Кстати, в журнале этого музыканта, а также играемую его группой музыку, назвали «готическим чудовищем».

¹³ Deleuze G., Guattari F. Nomadology: The War Machine. N.-Y., 1992.

¹⁴ См.: Vidal M.C The Death of Politics and Sex in the Eighties Show // New Lit. History. 1993. Vol. 24, № 1. P.191.

¹⁵ Из истории известно, что германские кочевые племена вместе с гуннами сокрушили Римскую империю; монгольские кочевники захватили Китайскую империю, государства Средней Азии, Русь; арабские кочевые племена - иранское царство, отвоевали у Византии Сирию, Египет, Северную Африку. Готами же назывались представители варварского германского племени, которые в Средние века завоевали и контролировали большую часть Европы.

¹⁶ Deleuze G., Guattari F. Op. cit. P.35 - 36.

¹⁷ До XVIII в. готика в эстетическом сознании отождествлялась с «варварством», с нарушением художественного вкуса.

¹⁸ Deleuze G., Guattari F. Op. cit. P. 467.

¹⁹ Сильный, зычный «варварский» вокал музыкантов-готов 80—90-х годов XX столетия не мог не вызывать сравнение с мощным старинным, мрачным и энергическим зовом древнего племени готов.

²⁰ Музыкальные композиции, создаваемые в рамках данного направления, несут так называемую готическую атмосферу, т.е. создают настроение мрачного пафоса, возвышенности, искренней боли, сосредоточенной скорби, депрессии, отрешенности. Подобная музыка в сочетании с текстами, отражающими страстное желание познать себя, бесконечный поиск истины, псевдосуицидальную экзальтацию, вечное сочетание любви-смерти; уход в иные миры невольно оживляют в памяти образы готических соборов.

²¹ Готика зародилась, или была создана, в Англии. Потом она получила приверженцев сначала в Западной Европе, затем в США и Японии. Восточная Европа «подключилась» к готике гораздо позже, и ее своеобразный вариант получил название «славянская готика». В Россию же готика пришла уже практически в готовом виде. А потому здесь я привожу периодизацию западной готики.

²² Подробнее об этом см.: Левикова СИ. Молодежная субкультура С. 90 - 116.

²³ Прерафаэлиты - представители романтического течения в английской эстетике и искусстве второй половины XIX века, стремившиеся использовать в новых условиях образную систему и типы «наивной религиозности» средневекового и раннере-нессансного искусства и литературы эпохи «до Рафаэля». Прерафаэлиты выступили против академического неоклассицизма и иллюстративной серости современного им искусства. Их возврат в прошлое связан со стремлением обратиться к творческим истокам до разделения его на профессиональные виды станкового искусства. Позднее в творчестве прерафаэлитов усиливаются отвлеченный декоратизм, мистическая усложненность образов. Обращение готов второй волны к творчеству прерафаэлитов объясняется тем, что «родина» готики — Великобритания и естественно внимание молодых людей к наследию собственной культуры. Кроме того, именно взгляды прерафаэлитов оказались чрезвычайно созвучны их настроениям.

²⁴ Типичным продуктом такого союза стал скандально известный шок-рокер Мэрлин Мэнсон, много взявший и для своего облика и поведения из готики и, в свою очередь, способствовавший огромной популярности готики в молодежной среде. Примечательно, что во время недавних гастролей в Москве он дал интервью для телевидения, в котором обронил: «Все, что я делаю, — это только способ для меня заработать деньги. Каждый зарабатывает на жизнь, как может. Я так».

²⁵ В их терминологии «true Gothic», или «тру готика».

За достаточно длительный для молодежной субкультуры период существования (почти четверть века) готика прошла несколько периодов развития и претерпела серьезные изменения. К настоящему времени «западная» готика уже пережила четыре «волны», не считая периода так называемой прото-готики. С российской же готикой дела обстоят иначе, поскольку есть города, до которых она еще вообще не докатилась, есть такие, где молодые люди пока лишь пытаются «содрать» саму ее идею, а в крупных городах-мегаполисах она уже успела «отыграть» одну, а то и две «волны». За длительный период существования субкультура очень сильно изменилась и, если брать западный вариант, то на сегодняшний день практически вобрала в себя большую часть имеющихся молодежных субкультур (от панков и хиппи до таких направлений, как техно, антикварных¹, фэри² и литературных), а если рассматривать российский вариант, то и в ней следует отметить отсутствие единообразия. И все же представляется возможным выделить основополагающий, изначальный, «базовый», или «классический» тип гота, сохранившийся и по сей день для западной субкультуры и являющийся доминирующим типом в российской готической субкультуре.

Для любой молодежной субкультуры очень большую роль играет внешний вид и манеры ее представителей Они позволяют в массе людей выделять «своих» и отличать их от «чужих», а также «кодируют» информацию об этой субкультуре, которую считывают лишь посвященные в символику мира молодежной субкультуры. А потому, чтобы хотя бы немного приоткрыть этот мир, описывая внешний вид «классических» готов, необходимо будет коснуться тех смыслов, которые стоят за ним, отражающих порой наигранное, порой действительно декадентское содержание.

Поскольку изначально готы представляли собой «реанимированный» панк, то естественно, что элементы панка частично, и в несколько измененном виде, перекочевали в готику. Так, хотя готы в основном и продолжают выбривать виски, как панки, но им вовсе не обязательно возводить на голове ирокез. Однако если гот все же отдает предпочтение ирокезу, то тот у него получается совсем не панковский: во-первых, готический ирокез должен быть обязательно только насыщенного черного цвета, чего некоторые готы добиваются с помощью обычного обувного гуталина; а, во-вторых, он должен либо раздвоиться (расстроиться, расчетвериться и т.п.)³, вызывая при этом ассоциации с рогами дьявола, крыльями ворона или летучей мыши, иглами ежа или дикобраза, а то и лучами «черного солнца» и т.п., либо «упасть», завалиться на сторону, либо вообще быть зачесанным назад и «собраться» в «конский хвост». Однако главными для готов во внешнем облике все же является вовсе не ирокез, а тотально черный цвет всего: и одежды, и волос, и ногтей, и губ и т.д., присутствовавший ранее в эстетике панка, но в готике сменивший символику.

Черный цвет готов уже не цвет грязи и улицы панка. Готы в черном цвете умудрились открыть целую палитру смыслов - это и защита от повседневно-банальной, псевдо-разноцветной, но на деле тотально серой жизни; и своеобразный протест против бытующих общественных стереотипов и представлений, всего стандартного и простого⁴; и граница между миром романтики и лавиной общественной усредненности; и символ пугающей обывателей смерти и всего потустороннего, связанного с ней...

Кроме того, вводя черный цвет как основной во внешний облик и символику своей субкультуры, готы тем самым говорят, что мир следует воспринимать во всей полноте его красок, эмоций, проявлений и т.д. В обыденной жизни люди скрывают свои темные, мрачные стороны. Однако плохи или хороши эти стороны — они составляющие нашей жизни, и понять и принять действительную, реальную жизнь можно лишь признав и выставив напоказ эти стороны. Каковы бы они ни были.

Надо научиться сочетать банальное и высокое, и даже примитивные инстинкты поднимать до уровня глубоких эмоций. Именно поэтому готическая музыка сверх эмоциональна, но, согласно готам, обычным людям (не готам) весь этот спектр не нужен. Они ведь живут даже не в рамках бинарных оппозиций: им вполне достаточно лишь одной из сторон этих оппозиций — позитивной, радостной, — а из цветовой гаммы им хватает всего четырех цветов. Все остальное — боль, грусть, эмоциональная агрессия и т.п. — для них просто в тяжесть. Готу же в отличие от обычных людей нужно все. Поэтому они непрерывно ищут то, что стимулирует чувства и позволяет погружаться в свой мир. Вследствие этого они отметают радостную музыку, считая, что в ней нет силы, поскольку радость проста, предпочитая ей внутренне сосредоточенную, холодную, грустную, тоскливую, печальную, тревожную, мрачную, упадническую, суицидальную и в то же время ироническую и возвышенную, одним словом, готическую музыку, имеющую сотни эмоциональных и смысловых оттенков⁵.

В сказанном выше прослеживаются явные противоречия - либо готам в действительности, а не на словах надо принимать все, как они сами говорят: и мрачное и радостное, либо, сосредотачивая внимание на том, что обычные люди незаслуженно замалчивают мрачные стороны жизни, им не следует по ходу дела терять и светлые стороны. Кроме того, в рассуждениях готов четко прослушивается мотив избранности (что, впрочем, характерно, для большинства молодежных субкультур): мы не обычные люди, при этом от обычных мы хотим отгородиться и возвести в абсолют собственную необычность. Мы — чужаки в усредненном обыденном мире⁶. Кстати, несмотря на такие казалось бы трогательные изречения, как «Друзей не надо иметь — с ними надо дружить!», на деле самой большой ценностью для готов является абсолютный индивидуализм, хотя порой и романтизированный.

Но вернемся к внешнему виду готов. Преимущественно черный цвет⁷ их одежды может дополняться элементами красного, кровавого⁸ цвета, а также всей гаммой оттенков последнего: от фиолетового до бордового. Это связано с символикой смерти и всего, ее окружающего. Кстати, отчасти «рудиментом» панка, а частично продолжением символики смерти являются украшения готов.

В отличие от многих молодежных субкультур в готике принято носить большое количество разнообразных украшений, причем не самодельных⁹, как, к примеру, фенечки у хиппи, а достаточно дорогих, порой созданных мастерами-ювелирами высокого класса¹⁰. И если от панков у готов сохранились шипованные браслеты и ошейники, то всевозможные подвески, диадемы, изящные серьги, кольца, камешки во лбу частично заимствованы ими из Средневековья, но лишь частично, поскольку большая часть украшений готов несет используемую ими символику: гробики, черепа, летучие мыши, древнеегипетский анк (на сегодня — международный символ всех готов) как символ вечной жизни, восьмиконечная звезда как символ хаоса и др. Кроме того, основным металлом, применяемым для украшений готов, является серебро. Готы никогда не наденут золотые украшения — символ стандартных «зажеванных» ценностей, а также цвет бессмысленно пролитой крови.

И опять мы возвращаемся к крови и смерти. На мысли о смерти наводит и очень тяжелый, грубый депрессивно-агрессивный макияж готов¹¹: белое лицо (достичь его можно либо выбеливанием кожи, либо нанесением на нее толстого слоя белой или близкой к белому по тону пудры)¹², обведенные черным глаза (почти как на саркофаге у египетской мумии), черные или кроваво-красные губы и ногти, черные волосы... Так создается стиль вамп для девушек и ворона для юношей, а тем самым намеренно проводится линия между вампиризмом, оккультизмом, мистикой и готикой.

Одной из особенностей готического восприятия мира является повышенный интерес ко всему сверхъестественному во всех его проявлениях, в том числе и темной эстетике, а, следовательно, и к магии, и к оккультизму. Но какой-то единой готической оккультной традиции до сих пор не существует и вряд ли когда-либо будет существовать.

Если же выйти за рамки готики, то окажется, что интерес не только готов, но и вообще современной молодежи ко всему сверхъестественному вполне естествен. В 90-е годы XX столетия не только в России, но и практически во всем так называемом цивилизованном мире произошел взрыв интереса ко всему, что «умом не понять» и «логикой не просчитать»: пошла мода на всевозможных магов, колдунов, шаманов, астрологов, хиромантов, предсказателей судеб и нетрадиционных медиков.

Истории уже известны подобные вспышки: они происходят в переломные моменты, в периоды безвременья, когда привычная, накатанная жизнь уходит в прошлое, а предстоящее непонятное, неизвестное страшит. Так, к примеру, было в преддверии эпохи Нового времени (в частности, на излете Средневековья), когда на первый план стали выходить всевозможные лженауки, типа алхимии; также было и в конце XIX - начале XX столетия в преддверии революций, мировых войн и других сильнейших потрясений. Подобные процессы отмечаются и сейчас: и жизнь в условиях мирового терроризма, и перманентное перекраивание карты мира, и постоянные так называемые локальные войны, и полосы экономических, политических, экологических и т.п. кризисов. К этому следует прибавить недавно пережитую истерию, связанную с окончанием одного и началом другого столетия, динамичность современных обществ, а, главное, медленный, но верный переход экономически развитых обществ от индустриально-развитой стадии к постиндустриальному. В подобных условиях определенная часть людей теряет четкие ориентиры и начинает искать объяснения и опоры всему в сверхъестественном. Молодежь, в том числе и готы, лишь отражают то, что происходит в том самом «большом» обществе, которое они, как и представители любой молодежной субкультуры, пытаются отрицать. Отсюда естествен их интерес и к мистике, и к оккультизму, и к вампиризму. На последнем я хочу остановиться несколько подробнее.

Черные знамена Великой Богини Луны стали серьезно пополнять ряды своих приверженцев в последнее десятилетие XX столетия. Именно тогда огромную популярность приобрел написанный в конце XIX века роман Брема Стокера «Дракула», а также снятые по нему фильмы. Стокер открыл целую палитру психофизических ощущений в отношениях между вампиром и жертвой, показал удивительную схожесть между страстным желанием крови у бессмертного и подавленной чувственностью простых смертных. Еще более глубинную психическую связь он показал в сцене, когда женщину-жертву принуждают пить кровь Дракулы, дабы она сама превратилась в вампира и стала бессмертной. Для готов, часть которых увлекалась садомазохизмом, все это было созвучно их собственному опыту.

Современная вампирская субкультура очень близка готической, частью даже пересекается с ней, однако между ними нельзя ставить знака равенства. Вампиризм занимает готов не столько как определенный стиль жизни и поведения¹³, сколько потому, что образ вампира воплощает множество аспектов, затрагивающих сознание человека. Среди них — смерть во всех ее физиологических состояниях и проявлениях, бессмертие, подавляемая сексуальность, своеобразный бунт и некая таинственность.

Исторически вера в существа, подобные вампирам, уходит глубоко в дописьменные времена. Благоговейный страх перед мертвыми и вера в магические свойства крови была присуща практически всем культурам мира. О них слагались различные истории, ими пугали соседей и близких. Герои большинства подобных историй — демонические существа, духи, черные маги или иные сверхъестественные создания — были наделены бессмертием прежде всего для того, чтобы достичь могущества. Не в этом ли кроется популярность вампиризма в готической среде? Ведь если вспомнить девиз готов «Goth's Undead» («Готы не мертвые»), да их международный символ анк, одно из значений которого — бессмертие, вечная жизнь, а к этому еще прибавить и мотив избранности готов, о котором речь шла выше, то можно сделать достаточно далеко идущие выводы.

Ухватить суть готики, дать определение этому движению, весьма размытому в своих границах (хотя насчитывает уже четверть века), практически невозможно. Конечно, можно сформулировать такое определение: «Готика — это обобщающее понятие, которым сегодня обозначают целый комплекс направлений искусства (музыки, литературы, кино, фото, архитектуры и т.д.), составляющих вместе со своими носителями, готами, так называемую «готическую субкультуру»¹⁴. Однако оно мало что добавляет к пониманию готики.

Готика очень многообразна, а готы первой волны сильно отличаются от сегодняшних - готов четвертой волны. Кроме того, готика как молодежная субкультура существует во многих индустриально-развитых странах, а это накладывает на нее еще и страноведческие особенности для каждого региона. Так, если для готов Великобритании, Германии, Австрии и ряда других стран представление о себе неотделимо от музыки, естественно готической, которую он слушает и благодаря которой создается соответствующая атмосфера, то для готов США ведущую роль играет художественная литература, в особенности поэзия, а музыка уходит на задний план, если не исчезает вообще. Разнообразие и готики и ее приверженцев не позволяет выделить какой-либо единый стереотип гота.

Однако, несмотря на то, что готы настаивают, что каждый гот индивидуален, что для каждого гота своя готика, что у каждого гота свое понимание готики и т.д. и т.п., все же представляется возможным выделить некоторые характерные черты, общие для разнообразных готов, позволяющие говорить о готике как о едином явлении. На деле же собственно готических черт окажется не так много, поскольку большая часть того, о чем говорят и сами готы и о них пишут восторженные поклонники или порой недоумевающие, а то и напуганные¹⁵ репортеры, четко вписывается в понятие обычной молодежной субкультуры¹⁶.

Из всего обилия высказываний готов о себе и себе подобных можно выделить то, что гот — это индивидуалист-романтик, причем в данном случае индивидуализм возводится в крайнюю степень, а романтика предполагается исключительно мрачная, темная, связанная со смертью и всем сопровождающим ее¹⁷. Именно эти две составляющие позволяют готам знать, кто они есть на самом деле. А потому, чтобы быть готом, нужно лишь быть самим собой и позволить себе самовыражение. Что это означает? Быть собой — значит принимать себя и окружающих такими, какие они есть со всеми достоинствами и недостатками; значит не только не открещиваться от собственных, «слишком» мрачных, «заумных», нестандартных, порой депрессивных, меланхолических мыслей, вкусов и стиля жизни, но и стимулировать их, поскольку действительную глубину жизни можно познать лишь через ее мрачные стороны. Готу следует жить сейчас и здесь так, чтобы эта жизнь стоила того; жить каждый день как последний. И этот день надо сделать таким, чтобы он был красивым, или его бы вообще не было. Отсюда каждодневный поиск красоты, концентрированная энергия эмоций. Готы пытаются (в силу своих представлений о том, как это можно сделать) изменить каждый серый, банальный день, внести в него эмоции и чувства посредством музыки, стиля, одежды, грима (имиджа) и других источников.. Готы стремятся к большему и пытаются открыть красоту даже в том мире, в котором ее нет (например, в загробном мире), смотрят на все стороны жизни широко раскрытыми глазами и не отворачиваются ни от чего¹⁸.

'1 То есть исторических, воссоздающих и в своих костюмах и в поведении ту или иную историческую эпоху (чаще всего это эпоха Средневековья).

² Волшебных, сказочных (в английском варианте fairy), своим внешним обликом и поведением имитирующих такие сказочно-волшебные существа, как феи. Девушки фэри-готы надевают синтетические парики ярких неестественных цветов (розовые, фиолетовые, синие, оранжевые, зеленые и т.п.), платья или блузки с воланами, наподобие крылышек, а иногда и просто пришивают крылья к одежде.

³ При этом на такой «размножившийся» ирокез необходимо вылить столько лака, чтобы он мог удержать поднос со стаканом воды.

⁴ В бинарном общественном мнении оппозиции «черное — белое» соответствуют оппозиции «плохое — хорошее», «сатана - Бог» и т.п.

⁵ На ранних этапах развития субкультуры готическая музыка была больше музыкой «для смеха», нежели для «искусства», «протеста» или чего-либо другого. Лишь некоторое время спустя, собрав под своими знаменами различных музыкантов с готовыми наработками, готика получила именно ту музыку, которая столь популярна сейчас у молодежи.

⁶ Вера в собственную избранность, исключительность, непохожесть на окружающих характерна для религиозных сект, в том числе и в особенности молодежных. Как правило, руководители сект вначале внушают своим адептам, что они не такие, как все, и что место им именно среди им же подобным, затем подогревают это представление и добиваются того, что сектанты начинают свято верить в свою исключительность, а уже потом руководство сект играет на этой вере, добиваясь от приверженцев секты абсолютно всего: от выполнения любых поручений до участия в массовом самоубийстве. Именно поэтому от молодежной субкультуры до молодежной религиозной секты оказывается один шаг. Недаром, к примеру, в США как грибы после дождя молодежные религиозные секты стали появляться в конце 60-х годов XX столетия на излете студенческих волнений. Именно тогда появилось большое количество проповедников и «святых», которым не пришлось прилагать много сил, чтобы обратить в свою веру осколки хиппистской молодежной субкультуры, а далее использовать молодых людей в своих интересах (подробнее об этом см.: Левикова СИ. Молодежная культура. М., 2002. Гл. 5; Левикова СИ. Молодежное религиозное сектантство как разновидность молодежной субкультуры // Левикова СИ. Молодежная субкультура. М., 2004).

⁷ Глубокого черного цвета одежды готы достигают, используя в качестве материала бархат и кожу. И если черная кожа использовалась ранее панками, то готика — первая молодежная субкультура, использующая бархат для создания собственного имиджа. Покрой же одежды готов причудливо совмещает элементы обличил панков и знати или монахинь времен Средневековья (длинные бархатные платья у дам, корсеты, шнуровки и.т.п. сочетаются с элементами кибер-сексуального фетиша).

⁸ Отсюда и пристрастие готов в еде к бифштексам с кровью и красному вину. Правда, готы пристрастились и к абсенту - очень крепкому (70°) и горькому напитку из полыни (популярному среди европейских декадентов прошлых веков), вызывающему привыкание, галлюцинации.

⁹ Единственное, что может быть самодельным из украшений, как считают готы, - это - пирсинг (булавки, кольца в различных частях тела: пупке, языке, в носу и т.д.). Кстати, мода на пирсинг была введена именно готами. Причину этого следует искать в том, что многие из ранних или прото-готов были завсегдатаями садомазохистских клубов.

¹⁰ Готика, начав существование как коммерческий проект шоу-бизнеса и СМИ, ко второй половине 90-х годов XX столетия за рубежом превратилась воистину в объект коммерческой индустрии. На данную молодежную субкультуру сейчас работают и пошивочные мастерские, создающие наряды только для готов, и косметические фирмы, выпускающие специфический готический грим, и специализированные обувные фабрики, создающие обувь только для готов, и ювелирные мастерские, выпускающие для них украшения с готической символикой и просто популярные у готов, и т.д. Таким образом, вся эта специализированная продукция, выпускаемая специализированными фирмами, к тому же и продается в специализированных магазинах, ориентированных только на готов.

¹¹ Ранние готы ввели в обиход обоих полов одинаковый грим и маникюр.

¹² Загар не для готов. Летом их можно увидеть с черными зонтами, защищающими их от солнечных лучей, или в широкополых шляпах.

¹³ Вампиризм как питье крови среди готов встречается крайне редко. Чаще всего он проявляется в получении удовольствия от болезненных, глубоких, иногда кровоточащих укусов в области шеи и плеч. Но все это скорее исключение, чем правило.

¹⁴ Gothic FAQ. Информация о готике [стиль жизни, музыка, арт] by Vitaliy "stranger" Fedun, (с) 1996, Intro - Введение. - http//www.alt.gothicFAQ

¹⁵ Ведь недаром готы говорят, что готика обывателя будоражит и пугает, закаляет психику готов, а также воспитывает у них стойкость и непреклонность в борьбе за любые идеалы. Внешний же вид готов нацелен в том числе и на то, чтобы пощекотать нервы и себе и окружающим.

¹⁶ Подробнее см.: Левикова СИ. Молодежная культура; Левикова СИ. Молодежная субкультура.

¹⁷ В эпоху Средневековья смерть символизировала абсолютную гармонию. И смерть — всегда тайна. А потому причастность к ней можно заменить наглядным воплощением физиологического акта угасания, что у готов реализуется в имидже. Смерть — это символ конечности, саморастраченности, противостоящих трудному пути самовозрастания и самосовершенствования. Перед лицом смерти очевидной становится призрачность надежд. Смерть лелеет человеческую малость, беззащитность, чувственную уязвимость и позволяет сосредоточиться на переживаниях (как таковых) как самоценном явлении. В средневековой культуре смерть всегда изображалась рядом с человеком пляшущей и играющей на музыкальных инструментах; готика же начиналась и во многом продолжается именно с музыки.

¹⁸ Этот мотив свойствен любой молодежной субкультуре. Достаточно вспомнить хотя бы финал спектакля-мюзикла и одноименного фильма о хиппи 60-х годов XX столетия США «Волосы». Там молодые хиппи, потерявшие во вьетнамской войне своего товарища, поют: «Our eyes are opened... Let the sun shine in...» («Наши глаза открыты... Дайте солнцу светить...»).

Окончание. Начало см. «Философские науки». 2006, № 7, 8.

Готы живут тем, что заставляет постоянно испытывать эмоции (музыка, литература и т.п.). При этом им нужны все оттенки и краски эмоций — от полета абсолютной боли и радости каждодневного преодоления границ серой реальности до безграничной грусти и несущей понимание печали. Жить готу можно только «сгорая» от настоящих эмоций. Однако, чтобы не сгореть полностью, эмоции его должны быть холодными. Радость и грусть — это лишь два измерения. Готы же пребывают посередине. А потому нормальное, обычное состояние для них — тоска. Они сохраняют холод эмоций и не слабеют от груза мрачности, депрессии, а находят в нем радость, энергию и силу. Им вообще придает силу и энергию, а также жизненное вдохновение все то, что обычным людям (не готам) кажется слишком мрачным, «заумным» или слишком сложным.

На деле вся их палитра эмоциональности сводится к пристрастию к «темному», мрачному восприятию мира, к фетишизации смерти. Декларируемый же чрезвычайно широкий эмоциональный диапазон на деле ограничивается рамками от легкой меланхолии, холодной грусти одиночества и тематик любви-смерти до полного сумрака, холодящих образов святой инквизиции, пыток, крестных мук, вампирских игрищ, скорби, горя и т.д. Одним словом, «momento тоге», или «помни о смерти».

Образ смерти очень важен в готической эстетике и проходит через многие пласты данной субкультуры — как через глубоко интимные отношения, так и в области общего восприятия. «Смерть» у готов присутствует и в украшениях (гробики, черепа и т.д.), и во внешнем облике (бледный, истощенный болезненный вид, мертвецкий грим), и в танцах, и в обстановке¹, и в пристрастии к описывающим смерть произведениям, и в проявлениях в области сексуальности², и в гуляниях по кладбищам, а иногда и жизни на кладбищах (ибо именно там становится очевидной вся суетность и ничтожность мира). Однако готам и в голову не приходит, что действительная смерть не столь уж романтична, но упорно окружают себя атрибутами смерти и настраиваются на темную, мрачную волну, чему способствует, в частности, и музыка, создающая ощущение опасности и страха.

Для некоторых готов их музыка стала основой «образа жизни». Однако каждый гот слушает «свою готику», и именно в равноправии, хотя и мрачной, но разнообразной музыки сила готики и как музыкального направления, и как молодежной субкультуры. Под своеобразную музыку готы, наложив на лицо тяжелый «мертвецкий» грим и облачившись в черные бархатные одеяния, исполняют чувственные танцы, устраивая «мрачные балы», отмечая то Вальпургиеву ночь, то Хеллоуин, а то и еще что-либо подобное. Но все это ни что иное, как игра и способ самовыражения. Как провозгласили американские готы, «каждый день - это Хеллоуин». А потому здесь желательно лишь не заиграться. Но большинство готов спасает от этого хорошее чувство юмора с достаточной долей иронии, помогающее им посмеяться и над собой и над тем, что они делают.

Для большинства молодых готика — это забавная игра. Они даже сами различают два типа готов — мопи и перки (в российской субкультуре пока еще нет своей устоявшейся терминологии), которые отличаются только «серьезностью» отношения к готике, что вовсе не делает одних настоящими, т.е. «тру готами», а других — нет. Английское слово «торе» переводится как хандра, уныние; прил. - вялый, унылый, угрюмый, апатичный; глаг. - хандрить, быть в подавленном состоянии, быть ко всему безучастным. И мопи-готы полностью оправдывают свое название: они замкнуты, постоянно пребывают в депрессии, слишком серьезно относятся и к жизни и к готике. Их легко отличить в клубах, поскольку, как правило, они стоят у стены и смотрятся довольно жалко; иногда они что-то рисуют или пишут, иногда тихо наблюдают за остальными. И в силу того, что для них готика - фетиш, считается, что именно они представляют саму суть субкультуры. Они более чувствительны, ранимы, чем остальные готы. Они во всей полноте ощущают красоту гибели и бесполезность существования. Они робки, стремятся к болезненному артистизму. И как раз они являются самым нераспространенным типом готов.

Напротив, совсем иной тип представляют собой готы-перки. «Регку» с английского языка переводится как бойкий, веселый, дерзкий, наглый, самоуверенный. Эти готы и составляют большинство е субкультуре и для них готика — веселая костюмированная игра и возможность проявить себя, получить самовыражение. Они относятся к готике легко и вовсе не думают замыкаться в собственном мирке и погружаться в депрессию, скорбя и тоскуя по мистическим идеалам. Они любят проводить время в готических клубах и получать от этого удовольствие. Мопи они считают страшными занудами.

Итак, что же такое сегодня готика? Безусловно, молодым людям, входящим в данную субкультуру, очень хочется представить ее как нечто уникальное и всеобъемлющее, оппозиционное, позволяющее быть самим собой и иметь возможность для самовыражения. А потому они начинают навешивать «ярлык» готики на все, что существовало ранее, но, так или иначе, оказалось созвучным их очень эклектичному «образованию»: на философские концепции, на художественную литературу, на фильмы, фотографии, на произведения искусства и т.д. Готическими у них становятся и одежда, и грим, и стиль жизни. Но главное, что является готическим — это атмосфера, создаваемая готической музыкой, которая должна ощущаться во всем.

Желание превратить готику в молодежное явление чрезвычайного масштаба понятно: если бы на готике сейчас не зарабатывались огромные деньги, то вряд ли кому пришло в голову ее рекламировать и превращать в моду. Однако если отбросить в сторону все связанное с эксплуатацией готики как средства дохода (что рано или поздно прекратится, поскольку необходимо будет обновлять ассортимент) и рассматривать ее как собственно феномен, то окажется, что, с одной стороны, она является самой обычной молодежной субкультурой, а с другой, — что она действительно является уникальным образованием. И вовсе не потому, что несет собой абсолютно новые идеи, а просто потому, что умудрилась под своими «знаменами» объединить большую часть существующих молодежных (уточняем — западных) субкультур. Второе обстоятельство играет как положительную для данной молодежной субкультуры роль, так и отрицательную. С одной стороны, представляя собой феномены в феномене и расширив свои рамки чуть ли не до бесконечности, готика фактически предоставляет возможность каждому готу создавать свой имидж в соответствии с собственными вкусами. С другой стороны, чем шире становятся рамки готики, тем быстрее приближается ее конец: молодежные субкультуры не могут быть слишком громоздкими и разнообразными (вспомним хотя бы судьбу сначала ленинградской, а затем санкт-петербургской «Системы», которая, начав вбирать в себя различные молодежные субкультуры, очень быстро сошла на нет). На данный момент можно сказать, что, по крайней мере, на Западе понятие готика постепенно превращается в синоним молодежной субкультуры вообще.

Что же касается утверждения, что готика не столь уж уникальна, а, по сути, является обычной молодежной субкультурой, то рассмотрение основных положений, выдвигаемых готами, которые мне удалось собрать, помогут прояснить его. Начну с того, что декларируется абсолютный индивидуализм готов. Более того, они утверждают, что им не обязательно быть вместе, чтобы быть готами, но когда они собираются вместе, они создают себе отдельный мир.

Но чем это заявление отличает готов, к примеру, от хиппи или панков? Ведь суть любой молодежной субкультуры в том, чтобы создать условия каждому стать личностью. Он приходит в peer group, т.е. в группу равных себе по возрасту, социальному статусу, образованию и т.п. не ради самой группы, а чтобы самому «встать на ноги», подчеркнуть собственную индивидуальность, и здесь вполне естествен индивидуализм как необходимое условие успешности. Но что примечательно, так это то, что в молодежных субкультурах индивидуализм каждого все равно, так или иначе, унифицируется, и важным условием вхождения в сообщество является определенное соблюдение выработанных в нем норм и правил.

С индивидуализмом связано и стремление молодых людей к самовыражению, которого они ищут в молодежных субкультурах. Ведь именно неспособность выразить себя как формирующуюся личность в большом обществе или большой культуре и потребность в этом выражении прокладывает путь в молодежные субкультуры. А потому готы постоянно и говорят о самовыражении, о том, что готика дает им мощный посыл к созидательности (креативности) и самовыражению, причем приветствуются самые различные их способы. Но возникает вопрос: в чем самовыражаются и что созидают готы? Ответ оказывается чисто субкультурным, характерным абсолютно для всех молодежных субкультур: во внешнем виде и различных жанрах искусства (музыке, поэзии, живописи, фото и др.).

Еще одно положение, красной нитью проходящее через все готическое - неприятие общественных стереотипов, стандартов поведения и внешнего вида. Готы утверждают, что стиль их «непростой» жизни, дорога к красоте, к моменту отчаянного понимания самого себя защищают их от догматических общественных ценностей. Но здесь опять ничего нового готами не сказано. Ведь для любой молодежной субкультуры характерен эскапизм и определенного рода оппозиция обществу, поскольку на данном этапе своего развития молодые люди не могут от общества получить желаемого.

Здесь можно было бы коснуться и других моментов, по которым готику следует отнести к обычной молодежной субкультуре, в частности, можно, к примеру, упомянуть и обряд инициации, выражающийся для готов в выборе собственного готического имени или псевдонима, и многое другое. Однако здесь мне представляется более продуктивным немного поговорить о готике в России.

Готика, как и все в России, оказалась достаточно причудливым явлением. Она появилась у нас намного позже, чем на Западе, и считается, что самые старые из российских музыкальных готических групп сформировались во второй половине 90-х годов прошлого века. Однако наши соотечественники упорно настаивают, что первыми российскими готами следует считать музыкантов пост-панк волны 80-х годов: группы «Кино», «Наутилус Помпилиус», «Алиса», «Агата Кристи», а позже и «Сплин». Игнорируется и тот факт, что ни одна из перечисленных групп никогда не проводила параллели между своим творчеством и мировой готической субкультурой. Часть их композиций вообще относят к характерным для готик-рока и настаивают, что не только по музыке, но и по имиджу эти группы старались не отставать от своих западных коллег «по цеху». Оставлю эти слова на совести утверждающих их, хотя я уже отмечала, что готике вообще свойственно максимально расширять свои рамки и приписывать себе все мало-мальски созвучное. Но почему чисто западное явление, как это утверждают в странах Западной Европы³, могло прижиться на российской почве, и не просто прижиться, а стремительно продвигаться и развиваться?

Англичане, откуда «пошла» готика, считают, что ее появление было реакцией на изоляцию английской культуры, а также экономический спад и все возрастающее различие между богатыми и бедными. Безусловно, для появления готики должны были сойтись многие факторы, не последним из которых является желание получить чисто коммерческую прибыль от нарождающегося явления. Однако любая попытка подзаработать на молодежной субкультуре была бы обречена на провал, а коммерческий проект так бы и остался проектом, не будь в обществе действительной почвы для укоренения и развития данной субкультуры. То же самое можно сказать и о новоиспеченных странах на территории бывшего Советского Союза, и о российском обществе в том числе. События, происшедшие в России за последние годы, начиная с 90-х годов XX столетия, куда серьезней тех. что в Англии, и они неминуемо должны были дать толчок традиционным для нашей страны декадентским настроениям в интеллигентской среде, а в нашем случае в среде претендующей на интеллигентность молодежи⁴.

Несмотря на то, что европейцы утверждают, что декадентство — это чисто западноевропейское явление, хандрить в России просто в крови. Вспомним хотя бы пушкинского Евгения Онегина:

Короче, русская хандра им овладела понемногу.

Он застрелиться, слава Богу, попробовать не захотел,

Эти ноты так или иначе найдут отражение и в творчестве Ф. Фета, Я. Полонского, отчасти А. Апухтина. Их подхватят Д. Мережковский, 3. Гиппиус, В. Брюсов, Ф. Сологуб, К. Бальмонт, Л. Андреев и др. Создается впечатление, что хандра, или декадентство, является защитной реакцией русского человека на события, которые ему не нравятся, но предотвратить или изменить которые он не в силах.

Под декадентством понимается комплекс кризисных явлений в духовной культуре, отмеченных настроениями безнадежности, Неприятия жизни, индивидуализмом. Термин «декадентство» получило распространение в связи с широкой популярностью работ Ф. Ницше, который расценивал всю современную ему западную культуру как «декадентскую», т.е. «упадническую». При этом Ницше считал декаданс порождением нигилизма⁵. По Ницше, декадентство — признак умственного и физического вырождения «высших людей», это победа слабых над сильными, триумф «рабской морали», хаотическая спутанность инстинктов и страстей. Декадент — жертва собственной излишней чувствительности. Вместо того чтобы действовать, он стремится убежать от общества, избавиться от страданий посредством «искусства для искусства», а также опьянения или наркотиков. Однако декадент, мечтая уменьшить собственные страдания, оказывается фактически анархистом, разрушителем общества, которое он считает несправедливым⁶.

Подобные настроения Ф. Ницше, возникшие на рубеже XIX и XX веков были созвучны настроениям определенного круга российской интеллигенции того же времени. Предчувствие революции, надвигающихся катастроф вызывало у них растерянность, беспокойство, одиночество. Они практически оказывались лицом к лицу с Вечностью. А Вечность — субъективное понятие, отражающее взгляды человека на смерть, жизнь, Бога, вселенную... Все это вело к декадансу, основными признаками которого были индивидуализм, пессимизм, аристократический эзотеризм, мистицизм, эсхатологизм. Интеллигенция того времени ощущала внутренний хаос, душевную дисгармонию. Однако, становясь декадентами, большая часть поэтов и писателей были убеждены в том, что участвуют в духовном обновлении России. Нечто аналогичное происходит и сейчас с молодыми россиянами рубежа двух других столетий — XX и XXI, — вливающихся в декадентствующую готику⁷. Этим в том числе можно объяснить, что вовсе не готические музыкальные группы, о которых упоминалось выше, оказались причисленными к готике: в России важнейшим приоритетом всегда пользовались тексты, в которых было сосредоточено мрачное настроение, утонченные и возвышенные чувства, насквозь пропитанные декадансом, что в обилии имелось у этих музыкальных групп.

Сейчас готика существует и в Европе (западной и восточной), и в Японии, и в США и т.д. А потому с некоторой натяжкой (поскольку готика все-таки в большей своей части является игровой молодежной субкультурой) можно говорить о том, что мы имеем дело с международным декадансом. Это не новое явление для мировой истории: на рубеже XIX — XX веков происходили близкие по сути события: тогда в Великобритании появились прерафаэлиты, во Франции - символисты, в России — декаденты; в Германии Ницше создал упомянутую выше концепцию. Мы хорошо знаем, что за всем этим последовало. Можно предположить, что международный декаданс является признаком вероятных серьезных потрясений (войны, революции и т.д.), а также перехода обществ, достигших определенной стадии развития, к следующий стадии (в нашем случае переход индустриально-развитой к постиндустриализму).

И в завершении остановимся еще на нескольких положениях (они ранее затрагивались), но на них следует посмотреть в другом ракурсе. Это моменты индивидуализма и возможности самовыражения для молодых людей в готике. Похоже, что усиленное культивирование за последние 15 лет индивидуализма как альтернативы исконно русскому коллективизму приносит плоды и часть, российской молодежи сейчас выбирает крайне индивидуалистическую готику, советующую своим приверженцам придерживаться принципа ордена иезуитов: «Цель оправдывает средства». В отношении же полной свободы самовыражения молодыми людьми, доступной им лишь в рамках молодежной субкультуры, следует очень хорошо задуматься тем, кто у власти. Ведь в настоящее время выбор для молодых людей в «большой» общественной жизни практически сведен к нескольким профессиям, в числе которых менеджер, юрист и экономист. Пока в основном лишь эти профессии в будущем дают надежду на относительно безбедное существование. Общество это регулирует оплатой труда специалистов. Спрос же оправдывает предложение и сейчас практически во всех российских вузах, и даже в педагогических, можно получить эти специальности. Но если молодой человек не хочет связывать свое будущее с этими сферами, он практически обрекает и себя и своих близких на сложное материальное существование. Может, потому им так созвучна готика? Однако там пока самовыражение получается несколько болезненным, ущербным, поскольку в основном ограничивается изменением внешности и кладбищенской тематикой.

Совсем недавно представители молодежной субкультуры играли в сказку (толкиенисты). Сегодняшние же молодые люди играют в смерть. Готика как молодежная субкультура является и порождением и отражением нашего времени со всеми его болезнями. Однако сами готы — премилые и безобидные существа. Они не агрессивны и никому не причиняют вреда. Их не стоит бояться. Но следует очень задуматься, что следует изменить в нашем мире, чтобы молодежь не предпочитала кладбища и не играла в смерть и со смертью.

¹ Некоторые особо продвинутые готы спят и занимаются любовью в гробах.

² Если некрофилия в чистом виде как сексуальное влечение к трупам встречается у готов крайне редко и, если имеется, то тщательно скрывается, то занятия сексом на кладбищах или в окружении атрибутов смерти (в гробу, в подобии склепа, у черепа), как разновидность некрофилии, хотя присущи и не всем готам, являются для готики обычным делом (считается, что подобная обстановка обостряет чувства). Кроме того, у готов распространена сомнофилия (когда один из партнеров притворяется трупом и не реагирует на действия другого), а также асфиксофилия («удушение» партнера).

³ Говоря так, они имеют в виду, что декаданс является западноевропейским феноменом. Я же отмечу другую сторону: несмотря на не очень длительную, но все же плодотворную историю готики в России, терминологически она еще у нас не устоялась. К примеру, готическую тусовку все еше называют сценой, хотя в русском и в английском языках значения этих слов не полностью совпадают. В русском языке под словом «сцена» имеется в виду место выступления артистов, музыкантов или акт в пьесе, спектакле; в английском же мы читаем - «место, где встречаются люди с общими интересами, тусовка; модное занятие; случай, событие», «область, сфера (деятельности, интересов)», «ссора, скандал», «зрелище», «место происшествия, события». Понятно, что такому емкому английскому слову сложно подобрать русский эквивалент, в силу чего большая часть значений в русской передаче теряется. Слово «сцена» применительно к готической субкультуре в русском языке не очень удачно. Практически то же самое можно сказать и о словах «мопи» и «перки», которые без перевода вообще являются пустым звуком.

⁴ Готика, претендуя на интеллектуализм, практически отметает людей недостаточно интеллектуально развитых. Не попадают туда и молодые люди, материальный достаток родителей которых не очень высок. Ведь готический имидж - как минимум черный бархат для нарядов, да серебряные украшения с готической символикой — требует серьезных вложений.

⁵ В случае с готикой от нигилизма панков перешли к ее декадансу.

⁶ См.: Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки // Ницше Ф.

Собр. соч. в 2-х тт. Т. 1; Ницше Ф. Веселая наука // Там же; Ницше Ф. Так говорил Заратустра // Там же. Т. 2; Ницше Ф. По ту сторону добра и зла // Там же.

⁷ Российская готика пока еще пребывает на аналогичном второму этапу формирования западной готики. У нас еще нельзя под «готику» подводить все молодежные субкультуры. И для российской готики пока еще доминирующими являются декадентская «мрачность», темное и пугающее обаяние, играющие на том, что общество знает, но в силу своих запретов и ограничений принять не может.